Квентин Тарантино сообщил детали о «Джанго»

65ad4c38

Тарантино Пока свежий кинофильм Квентина Тарантино «Данго снятый» устанавливали невольники, он сообщил о многих любопытных мероприятиях из собственной жизни…

Пока свежий кинофильм Квентина Тарантино «Джанго снятый» устанавливали невольники, он сообщил о непредвиденности л.с., Ди Каприо в качестве Ленина, целебном действии насилия и другом.

— Имеется ли в «Джанго» скрытые повороты сюжета?

— Не-не, я еще не завершил монтаж просто. Есть 5 минут, которые ничего, а нужно – 2 дня 20 секунд! Я до последнего буду все перемешивать.

— Вы наконец сняли вестерн! Достаточно давно планировали…

— Нужно признать, вышел не вестерн. Я говорю историю не менее древнейшую, чем данный жанр. О мести и воспитании, и о том, как воспитанник опережает преподаватели и сам его учит… Вида «Империя наносит встречный удар», однако это в декорациях Севера: плантации, невольники, Миссисипи.

— Кинофильм снова будет постмодернистским?

— Не понимаю, осознают ли созерцатели, однако меня в кино всегда занимала его писательская база. Вот как киношным я делаю кино, впечатляющим, так же мне занимательна конструкция рассказа. В «Джанго» у меня есть флешбэки, поскольку в спагетти-вестернах, которыми я воодушевлялся, необходимы флешбэки. Однако как правило, если в кинофильме у меня имеется странствие во времени, то это далеко не флешбэк, не глупое переход – бац, и мы в прошлом… Когда я снимаю кино, то ощущаю себя в основном романистом, беллетристом. Мне любопытно начать с половины истории, а затем открывать начало. Мне нравится делать в кинофильме главы… Когда я был небольшим, я разбирал очень много книжек и видел очень много их экранизаций. И они все были крайне грубыми. Невозможно просто получить и поведать какую-то историю от а до я – это глупо, это уничтожает все объедки. Я стараюсь вернуть литературу, вернуть предлог, что-нибудь предыдущее самой истории. Был 1 кинофильм достаточно давно, «Русский дом» Фреда Шепизи.

— А что еще Вы вынесли из работы над вестерном?

— Кобылы крайне непредвиденные. С ними даже труднее, чем с негаданными затратами!

— Сэмюэл Джексон представил Вас Квентином-освободителем. Дескать, в «Ублюдках» Вы против нацистов, в «Джанго» – против работорговцев.

— Да-да, нужно сделать из данного трилогию! Лишь отыскать какое-то еще всемирное зло.

— Вполне может быть, коммунисты? Ди Каприо должен бы поиграть прекрасного молодого Ленина!

— (Громко хохочет.) Да, мне это далеко не прибывало в голову. Я гарантирую, я основательно гарантирую над этим как-то задуматься!

— У тебя в «Джанго» снова снимается Кристоф Вальц из «Скандальных ублюдков» – в чем выходка? Австриец-ковбой?

— Он не ковбой, а врач, впрочем в общем я осознаю абсурдность. Однако здесь Здесь 2 этапа. Мне в кино и необходим был персонаж, с позиций которого сама США, весь Север, вся работорговля представлялась бы бредом. Человек с азиатскими ценностями, который обучает африканца разбирать, бить… А затем это перевернуть и забыть двух в самый ад, на плантации, где европеец офигевает, а невольник принужден ему все изъяснять… Так я и сделал вид Шульца. 1-ю сцену кинофильма я вписал на какой-нибудь бумажке в японском гостинице после изображения «Ублюдков». Так вышло, что персонаж сообщал, как Кристоф, и смотрелся, как Кристоф. Лира режиссера далеко не всегда должна быть девушкой. После Разумы, похоже, моей музой стал Кристоф.

— Вам довольно часто задают данный вопрос, однако все-таки: отчего Вы так помешаны на насилии?

— Ну, я не полагаю, что я на нем помешан. Просто это забавная вещь, которую можно делать в кино. Есть что-нибудь экстатическое, когда наблюдаешь, как невольник берет плеть и начинает бить собственного истязателя в ответ… Месть, кара неотделимы от насилия! Ты кровожаден по отношению к бандиту  и это ничего, ты же в кино! Давай, ликуй, злорадствуй! В прошлогоднем кинофильме «Жизнь красива», когда Сет Роген ставит из дома женщину собственного приятеля, я так кричал! Я прямой закричал: «Получи!» Затем мне известная заявила: «Вау, пожалуй, тебя женщины оскорбляли по жизни». А я дал ответ: «Ты чего, это кино! Она сучка, она мне не по нраву, и она обрела по заслугам!» Это и есть назначение насилия. Вместе с юмором это самый производительный чувствительный триггер.

— К слову, о юморе. В «Джанго» даже больше шуточек, чем обычно в Ваших кинофильмах. Как Вы находите, чувство юмора можно развить?

— Полагаю, нет. Можно сделать сколько-то забавных историй, ужимок. Однако если рассуждать о том, можно ли осмешнить собственную деятельность, то, что ты пишешь, снимаешь, говоришь, то у тебя или есть это, или нет. Данный выверт сознания. Я просто не могу не делать собственные вещи забавными. Я очень горжусь собой, когда вынуждаю всех хохотать над чем-нибудь нездоровым, какой-нибудь больной хренью! «Я что, хохочу над этим?!» – вот самая лучшая реакция посетителя.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *